Библиограф - русские авторы. Выпуск 099


Касодекс цена a1a0d2b2 На http://www.japanmagazin.ru настоящая японская косметика купить. |

От издателей к читателям


Издательство "Пупкин и микроба" приветствует всех сюда пришедших.
Предлагаем вашему вниманию Выпуск 099 из серии "Библиограф - русские авторы."

Уважаемые мамзельки, мадамки и ихние мужики - вы пришли на офигительно полезный сайт про книжки. Книжки русских, советских и антисоветских поэтов, драматургов, писателей и всех кто таковым себя почему-то считал (пусть и с ошибками).
Здесь публикуются фрагменты ихних творений. Вам стразу станет ясно - нужно тратить на это деньги.

Глава 197. Пилипишин В. - Платова В.

В этой главе опубликовано


Писахов Степан - Ледяна Колокольня
От автора
Сочинять и рассказывать сказки я начал давно, записывал редко.
Мои деды и бабка со стороны матери родом из Пинежского района. Мой дед был сказочник. Звали его сказочник Леонтий. Записывать сказки деда Леонтия никому в голову не приходило. Говорили о нем: большой выдумщик был, рассказывал все к слову, все к месту.

На промысел деда Леонтия брали сказочником.
В плохую погоду набивались в промысловую избушку. В тесноте да в темноте: светила коптилка в плошке с звериным салом. Книг с собой не брали.

Про радио и знати не было. Начинает сказочник сказку длинную или бывальщину с небывальщиной заведет. Говорит долго, остановится, спросит:
– Други-товарищи, спите ли?
Кто-нибудь сонным голосом отзовется:
– Нет, еще не спим, сказывай.
Сказочник дальше плетет сказку. Коли никто голоса не подаст, сказочник мог спать. Сказочник получал два пая: один за промысел, другой за сказки. Я не застал деда Леонтия и не слыхал его сказок.

С детства я был среди богатого северного словотворчества. В работе над сказками память восстанавливает отдельные фразы, поговорки, слова. Например:
– Какой ты горячий, тебя тронуть – руки обожжешь.
Девица, гостья из Пинеги, рассказывала о своем житье:
– Утресь маменька меня будит, а я сплю-тороплюсь!
При встрече старуха спросила:
– Што тебя давно не видно, ни в сноп, ни в горсть?
Спрашивали меня, откуда беру темы для сказок? Ответ прост: «Ведь рифмы запросто со мной живут, две придут сами, третью приведут».
Сказки пишу часто с натуры, почти с натуры. Многое помнится и многое просится в сказку. Долго перечислять, что дало ту или иную сказку. Скажу к примеру. Один заезжий спросил, с какого года я живу в Архангельске.

Секрет не велик. Я сказал:
– С 1879 года.
– Скажите, сколько домов было раньше в Архангельске?
Что-то небрежно-снисходительное было в тоне, в вопросе. Я в тон заезжему дал ответ:
– Раньше стоял один столб, на столбе доска с надписью: АРХАНГЕЛЬСК. Народ ютился кругом столба. Домов не было, о них и не знали. Одни хвойными ветками прикрывались, другие в снег зарывались, зимой в звериные шкуры завертывались. У меня был медведь.

Утром я вытряхивал медведя из шкуры, сам залезал в шкуру. Тепло ходить в медвежьей шкуре, и мороз – дело постороннее. На ночь шкуру медведю отдавал…
Можно было сказку сплести. А заезжий готов верить. Он попал в «дикий север».

Ему хотелось полярных впечатлений.
Оставил я заезжего додумывать: каким был город без домов.
В 1924 году в сборнике «На Северной Двине» напечатана моя первая сказка «Не любо – не слушай. Морожены песни».
С Сеней Малиной я познакомился в 1928 году. Жил Малина в деревне Уйме, в 18 километрах от города. Это была единственная встреча. Старик рассказывал о своем тяжелом детстве.

На прощанье рассказал, как он с дедом «на корабле через Карпаты ездил» и «как собака Розка волков ловила».

Пикуль Валентин - Янычары
Пилипишин Юрий - Последний День Нескошенной Лyжайки
Пиллаев Алексей - Мария В Заповеднике
Пильняк Борис - Speranza
Пильняк Борис - Волки
Пильняк Борис - Жулики
Пильняк Борис - Заволочье
Пильняк Борис - Мать Сыра-Земля
Пильняк Борис - О Моем Отце
Пильняк Борис - Повесть Непогашенной Луны
Продолжение главы 197

Глава 198. Платонов А. - Плеханов А.

В этой главе опубликовано


Платова Виктория - Купель Дьявола
Что может связывать фартового вора, известного коллекционера и преуспевающего молодого бизнесмена? Только смерть! Всех троих убивает картина старого голландского мастера, обладателями которой они были.

Их смерть кажется необъяснимой Такой же необъяснимой, как и сходство новой хозяйки картины, владелицы крохотной арт-галерии Кати Соловьевой, с изображенной на полотне рыжеволосой красавицей. Шлейф мистических смертей тянется из далекого прошлого, но у картины-убийцы есть соучастники и в настоящем...
Все события и герои романа вымышлены, любое сходство с реально существующими людьми случайно.
Автор
ПРОЛОГ
Нидерланды. Поздняя весна 1499 года
Мой город сожран морем.
Погребен в его холодной, набитой рыбой и моллюсками пасти. Никто не спасся, даже любимая кошка дочери бургомистра, даже колокол церкви Святой Агаты. По ночам я слышу его слабый голос, доносящийся сквозь толщу вод.

Или мне только кажется, что я слышу?
Мой город сожран морем.
Оно просочилось сквозь дюны, когда все спали, - даже любимая кошка дочери бургомистра, даже колокол церкви Святой Агаты. Не спал только ты - Лукас вин Остреа.
Лукас Устрица.
Именно ты виноват в смерти моего города, Лукас Устрица. Будь проклят тот день, когда ты появился в нем. Ты возник из тумана в самом конце улицы, у рыбной лавки одноглазого Рогира.

Как раз в тот момент, когда кухарка бургомистра, толстая Ханна, выбирала сельдь для торжественного обеда в магистрате по случаю годовщины корпорации стрелков. Сельдь не нравилась Ханне, и все три ее подбородка отчаянно тряслись. И налитые водянкой ноги тоже тряслись.

И единственный глаз Рогира подрагивал - они никак не могли сойтись в цене.
И тогда появился ты, Лукас Устрица.
Тяжелый липкий парус тумана приподнялся, дети перестали играть, мертвые угри приоткрыли глаза, мертвая сельдь приоткрыла рот, а Рогир и Ханна сразу же забыли о своей склоке из-за двух лишних монет.
Красавчик Лукас Устрица с ящиком красок за плечами - даже рыбьи хвосты влюбились в тебя. С первого взгляда. Ты потрепал детей по грязным взмокшим макушкам, ты по-дружески подмигнул одноглазому Рогиру, а потом почтительно спросил у толстой Ханны, как пройти к бургомистру.

Сначала Ханна не сообразила, что тебе ответить: все три ее подбородка тоже влюбились в тебя. С первого взгляда. Кровь отхлынула от ее щек, дурная вода отхлынула от ее щиколоток, и ноги ее сразу же стали стройными.

Как у девушки.
Клянусь, я сам это видел. Но тогда я и представить себе не мог, какую беду ты приведешь с собой под уздцы, Лукас Устрица. И сказал своей возлюбленной жене...

Своей маленькой женушке, которая сейчас покоится в мрачной утробе моря вместе со всеми, будь ты проклят, Лукас Устрица... Я сказал ей в то утро: “Должно быть, это и есть тот самый мастер из Гента, которого пригласили писать портрет наших стрелков”. - “А он хорошенький”, - сказала моя возлюбленная жена, моя маленькая женушка.

И коснулась мизинцем кончиков губ: так она делала всегда, когда пребывала в задумчивости. Или в восхищении. Или хотела солгать мне. А потом глаза ее увлажнились и стали такими же темными и блестящими, как загривок только что пойманного угря.

Никогда раньше я не видел у своей Урсулы таких темных и блестящих глаз. Даже когда надевал ей на палец кольцо. Даже когда она сообщила мне, что ждет ребенка, - много позже, когда потоки твоих красок накрыли город с головой, Лукас. “Ты обязательно должен заказать ему наш портрет, Хендрик, ходят слухи, что он очень хороший художник

Платова Виктория - В Тихом Омуте.
Платова Виктория - В Тихом Омуте
Платова Виктория - Корабль Призраков
Платова Виктория - Куколка Для Монстра
Платова Виктория - Купель Дьявола
Платова Виктория - Любовники В Заснеженном Саду (Том 1)
Платова Виктория - Любовники В Заснеженном Саду (Том 2)
Платова Виктория - Любовники В Заснеженном Саду
Платова Виктория - Охота На Золушку 01
Платова Виктория - Охота На Золушку 02
Продолжение главы 198